Бумеранг в полете

Источник: "Киевский телеграф"

Вячеслав Бутко

Несмотря на сделанные недавно на самом высоком уровне заявления о взаимной любви, отношения между Украиной и Россией продолжают развиваться по формуле "дружба дружбой, а денежки врозь". Миллионам отечественных автолюбителей вновь придется затянуть пояса: начиная с 1 декабря размер экспортной пошлины на российскую нефть составит новую, абсолютно рекордную величину — $101 за 1 тонну нефти марки urals. По существующим в России правилам пошлина на экспорт нефти пересматривается раз в 2 месяца на основании двухмесячного мониторинга цен на российское углеводородное сырье на международных рынках. Первое повышение пошлины произошло весной, когда этот показатель вырос с $46,6 за тонну до $69,9. С 1 октября данный показатель составил $87,9.

По данным министерства финансов Российской Федерации, средневзвешенная цена по результатам мониторинга за сентябрь—октябрь составила $40,14 за баррель. Указанный выше размер пошлины рассчитывается по определенной формуле и подлежит утверждению Межведомственной комиссией по защитным мерам во внешней торговле. В том, что цифра $101 будет утверждена, нет ни малейших сомнений. Поскольку Украина плотно "сидит" на поставках российского топлива, увеличение экспортной пошлины станет дополнительной причиной для повышения цен на горюче-смазочные материалы (ГСМ).

Впрочем, и без того ситуация на отечественном рынке жидкого топлива крайне напряженная. Волевые действия правительства, направленные на недопущение роста цен на бензин и дизтопливо, как и следовало ожидать, привели к единственно возможному результату — в большинстве своем бензозаправки отпускают топливо по безналичному расчету. Дело в том, что мониторить и регулировать уровень цен при такой форме расчетов гораздо труднее, нежели просто визуально обозревать цены на заправках.

Для многих же простых автолюбителей проблема приобретения ГСМ для своих "стальных коней" значительно обострилась.

С другой стороны, понятны и мотивы действий нефтетрейдеров: ведь, по мнению экспертов, рентабельность продаж низкооктанового бензина едва превышает 5%. А реализация бензина с октановым числом 95 и вовсе убыточна. Похоже, что такая же ситуация и на рынке дизельного топлива, которое также практически исчезло с заправочных станций.

Естественно, все это не может длиться не то чтобы вечно, а даже долго. Рано или поздно (первое — намного вероятнее, нежели второе) цены придется "отпустить". Что, вне сомнения, приведет к очередному удару по карману отечественных потребителей. Хорошо хоть мировые цены стабилизировались на уровне $47—48 за баррель. А ведь совсем недавно они превосходили психологически важную отметку в $50 за баррель.

Кстати, о мировых ценах. Поскольку судьба украинского рынка бензина зависит не столько от российских экспортных пошлин, сколько от этих самых мировых цен, предлагаю на некоторое время отвлечься от насущных проблем нашего быта и рассмотреть более глобальные вопросы, заставляющие страны — поставщики нефти делать все, чтобы держать мир в ценовом напряжении.

Уже предвижу удивление читателей: какие в нынешней ситуации могут быть проблемы у этих "богатеев"? Действительно, для потребителей нефти высокие цены несут дополнительные риски, а для поставщиков — неожиданную прибыль. Но не все так просто. На самом деле и рост цен на топливо в Украине, и повышение экспортных пошлин в России являются лишь производными тех проблем, которые переживают нефтедобывающие регионы мира.

Себестоимость добычи нефти колеблется от $1,5 за баррель в странах Персидского залива до $12 за баррель в Северном море. Если корректно так утверждать, то в среднем в цене нефти 80% — это прибыль (остальное — расходы на разведку, добычу и транспортировку). В текущем году нефтедобывающие страны заработают около $400—500 млрд. Безусловно, такая норма прибыли — явный рекорд, обусловленный конъюнктурой мирового рынка. Для сравнения замечу, что в 1998 году доходы стран — экспортеров нефти равнялись "всего лишь" $160 млрд. При этом в среднем около 60% этих доходов составляли издержки. А Россия, Великобритания, Норвегия и Мексика едва покрывали свои затраты. Даже в государствах, расположенных близ Персидского залива, ситуация была далека от безоблачной.

Нефтеэкспортеры извлекли уроки из кризисного периода и при формировании бюджетов на следующие годы исходили из консервативных ценовых прогнозов. Приведу лишь один пример: на 2004 год большинство стран, экспортирующих углеводородное сырье, сверстали свои государственные бюджеты, исходя из средней годовой цены $20—23 за баррель нефти. Возможно, не очень этично рассматривать чужие доходы, но согласитесь, все же интересно узнать — каким образом инвестируются такие поражающие воображение простого человека средства. Естественно, разные страны делают это по-разному.

В текущем году главным получателем нефтедолларов по традиции станут страны Персидского залива, которые должны заработать около $180 млрд. Наиболее интересна ситуация, складывающаяся в Саудовской Аравии. По оценкам авторитетных экономистов, данное государство, для того чтобы поддерживать высокие расходы бюджета, нуждалось в том, чтобы цена барреля нефти не была ниже $25. Так, в конце 90-х годов прошлого века Саудовская Аравия была вынуждена прибегать к крупномасштабному заимствованию. И в этом у арабов была своя специфика — по религиозным убеждениям они не могли занимать средства за рубежом, в силу чего размер внутреннего долга достиг $176 млрд. и сравнялся с ВВП страны. Другими словами, крупнейший в мире нефтяной экспортер оказался одним из самых больших должников.

Изменение мировой конъюнктуры позволило к концу текущего года сократить размер внутреннего долга Саудовской Аравии до 80% ВВП. Естественно, что на эти цели была направлена лишь определенная часть получаемой выручки. Остальные средства активно инвестировались в доходные активы. Раньше традиционным направлением вложений саудовских нефтедолларов были США. По имеющейся информации, к середине 2001 года накопленный объем инвестиций Саудовской Аравии в экономику Штатов составил $750 млрд., что было эквивалентно 7% ВВП США! Подсчитано, что до переломного 2001 года саудовские компании и частные лица ежегодно вкладывали в экономику США более $4 млрд. При этом большая часть полученной прибыли реинвестировалась по месту вложения.

Подобная ситуация была характерна и для других стран Персидского залива: более 60% полученных от экспорта нефти доходов инвестировалось в США, 30% — в Европу. Все изменилось после террористических актов 11 сентября 2001 года. Только саудовских денег из США за прошедшие три года было выведено от $100 млрд. до $200 млрд. Тем не менее, по данным министерства финансов США, страны ОПЕК являются держателями государственных облигаций США на сумму $43 млрд.

Последние три года борьба с отмыванием денег (в том числе и охота за финансовыми потоками террористов) принудила арабские государства переориентироваться на внутреннее вложение денег. В итоге у них высокими темпами начали расти финансовый, строительный и отельный рынки, рынок недвижимости, увеличиваться потребительские расходы населения. То есть, попросту говоря, арабы живут день ото дня комфортнее. Обратной стороной этой идиллии может стать то, что обычно происходит с "сырьевыми государствами" — они целиком "подсаживаются" на экспортную "иглу" и не обращают внимания на другие отрасли. Поэтому Саудовская Аравия, чтобы решить внутренние проблемы, в том числе — долга, приложит максимум усилий для поддержания цен на нефть на высоком уровне. У нее просто нет другого выхода.

Свои проблемы у другого крупного нефтедонора — Венесуэлы. Улучшение мировой конъюнктуры оказалось весьма на руку действующему президенту Уго Чавесу, который благодаря высоким ценам на нефть смог выполнить свои предвыборные обещания: увеличил госрасходы на образование и транспорт, медицину и науку, повысил размер социальных пособий для малоимущих граждан. В 2004 году государственные расходы Венесуэлы выросли на 54%, на них направлено более 80% доходов от экспорта нефти. При этом принято и реализуется решение о сокращении государственных инвестиций в национальную нефтяную компанию Petroleos de Venezuela SA. Более того, ее в принудительном порядке заставили выделить $1,7 млрд. на социальные нужды, $700 млн. на улучшение транспортной инфраструктуры (видимо, не только у нас к главным проблемам относятся дороги), $600 млн. на улучшение ситуации в сельском хозяйстве. Боюсь, что Венесуэла по объективным причинам будет вынуждена сократить объем добываемой, а соответственно и экспортируемой нефти. Это означает, что в ближайшее время на мировом рынке вновь может поубавиться сырья.

И не только из-за Венесуэлы. Еще один крупный мировой добытчик, на черное золото которого украинские политики не раз советовали переключиться нашим трейдерам — Норвегия, — в ближайшее время может вообще уйти с нефтяного рынка. Причина: по мнению специалистов, нефтяные запасы этой страны могут быть исчерпаны уже к 2015 году. Помня об этом, в 1996 году правительство Норвегии приняло решение о направлении части прибыли от продажи нефти в стабилизационный фонд. По состоянию на начало 2004 года его размер составил $136 млрд. (около 15 годовых бюджетов Украины). Будучи по-настоящему социально-ориентированной страной, Норвегия планирует потратить эти средства на гуманитарные проекты, в том числе на выплату пенсий. В настоящее время средства фонда инвестируются в низкодоходные, но сверхнадежные государственные ценные бумаги (преимущественно американские). Повышение цен на нефть тоже целиком устраивает Норвегию: ее правительство использует дополнительные деньги для стимулирования развития других отраслей через снижение налогов.

А что же Россия, которая не стимулирует рост мировых цен на нефть, но и не отказывается использовать этот фактор для пополнения собственного бюджета (и так профицитного)? По оценкам местных экспертов, в текущем году РФ получит от нефтеэкспорта $80—85 млрд. Часть средств уйдет на фондовый рынок, часть — на рынок недвижимости, часть — в аналогичный норвежскому "загашник". В российском стабилизационном фонде уже накоплено около $12 млрд. Центробанку РФ дано поручение инвестировать полученные доходы в государственные ценные бумаги 14 наиболее развитых стран мира.

Остальное разойдется в инвестиции, в том числе и в Украину. Получается интересная штука: единственная страна, которая будет вкладывать часть нефтяной прибыли в Украину, — это Россия. Весь вопрос в том, смогут ли эти инвестиции настолько поднять уровень доходов наших сограждан, чтобы, платя по 5 грн. за литр бензина, они не чувствовали себя ограбленными…

15 ноября 2004